Финансовая группа Восток-Запад
Поиск
 О финансовой группе  Сотрудники  Новое в законодательстве
 Стоимость услуг  Библиотека  Форум
 Финансовые новости  Наши консультации  Контактная информация
На главную Контакты Карта сайта
Депозитарная деятельность / Рост российского депозитарного бизнеса
 


Иностранцев будут проверять

Иностранные инвесторы, желающие инвестировать в предприятия стратегических отраслей России, будут сдавать бизнес-планы в Федеральную антимонопольную службу (ФАС), рассказывают ведущие информационные агентства Р



Закон о товарных знаках

23 сентября 1992 года N 3520-1Реальным Законом и принимаемыми на его базе законодательными актами республик в составе Российской Федерации регулируются дела, возникающие в связи с регистрацией, правовой охраной



Способы оценки недвижимости

Существует несколько способов оценить недвижимость. Первый – простая устная консультация. Ее вправе давать риелтерские компании, и фактически никакой ответственности за точность результата они не несут. Риэлтер оценит...



Депозитарная деятельность

Рост российского депозитарного бизнеса

Рост российского депозитарного бизнеса

Современному фондовому рынку для нормального функционирования требуется достаточно сложная инфраструктура, одним из важнейших элементов которой являются депозитарии. Если говорить совсем просто, то депозитарий - это хранилище ценных бумаг, приобретенных клиентом. Впрочем, развитие технологии существенно изменило роль депозитариев - в связи с тем что сегодня большинство ценных бумаг выпускается в бездокументарной форме, депозитарии из хранилищ собственно бумаг превратились в хранилища прав собственности на те или иные активы. И сегодня рядовой депозитарий представляет собой не набор сейфов с акциями, облигациями и векселями, а группу компьютерных серверов, заполненных записями типа "Г-ну Иванову принадлежат 100 акций компании А, 200 акций компании Б и 500 акций компании В".

Российский депозитарный бизнес очень молод, как и отечественный фондовый рынок вообще. Его становление началось с массовой приватизации: когда пресловутые ваучеры начали обмениваться на акции конкретных предприятий, а те - продаваться и покупаться, встал вопрос о мобильной системе учета и хранения бумаг, приобретенных тем или иным лицом. Для оперативного учета прав собственности на ценные бумаги и возникли депозитарии.

На первых порах депозитарный бизнес в России развивался абсолютно стихийно, без какого-либо контроля и регулирования со стороны государства. Депозитарные услуги предоставляли клиентам брокерские конторы, которые в своих бэк-офисах вели записи о количестве бумаг, купленных или проданных тем или иным лицом. В роли депозитариев выступали и банки, которые принимали на хранение ценные бумаги и попутно занимались их учетом. Начали возникать и специализированные депозитарные компании, которые выполняли роль своеобразных курьерских служб - их сотрудники мотались по стране, перевозя от продавцов покупателям выписки из реестров. Сотрудники депозитариев до сих пор с ностальгией вспоминают легендарный поселок Стрежевой, затерянный в тайге на севере Томской области, куда только самолетом можно долететь, в депозитариях которого хранились акции ведущих российских нефтяных компаний.

Государство обратило внимание на депозитарный бизнес только в 1996 году, когда на совместном заседании Минфина и Центробанка было заявлено о необходимости как-то структурировать систему учета прав собственности на ценные бумаги. В результате обсуждения появилось постановление правительства No 36 "О депозитарной деятельности". В то же время участники рынка создали ассоциацию ПАРТАД, которая разработала первый стандарт работы депозитариев. Позже появились нормативные документы ФКЦБ и постановление Центробанка No 44, регламентирующее депозитарные операции в кредитных организациях. Нормативная база депозитарной деятельности в последние годы постоянно пополнялась, но участники рынка считают, что она очень громоздкая, отставшая от жизни и малоэффективная.

Доказательством этого, в частности, может служить недавний скандал вокруг Центрального московского депозитария (ЦМД). 28 июля правоохранительные органы изъяли у ЦМД сервер с данными об операциях с акциями Архангельского ЦБК. На том же сервере хранилась информация еще о пяти предприятиях - клиентах ЦМД. Тем не менее депозитарий приостановил операции по всем реестрам - а это более полутора тысяч эмитентов, включая таких монстров, как РАО "ЕЭС России".

Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР) провела расследование этого инцидента и была вынуждена признать, что действующая сейчас нормативная база абсолютно не регламентирует вопросы резервного копирования депозитариями информации, восстановления реестров данных и т. п. И только теперь, после десяти лет работы депозитариев в России, госорганы приступили к разработке документов, регламентирующих технологии ведения баз данных и их резервного копирования, устанавливающих периодичность такого копирования, процедуры и время восстановительных работ.

Такие разные депозитарии

Между тем рынок депозитарных услуг активно развивается: по данным ПАРТАД, сегодня лицензиями на депозитарную деятельность в России владеют более 1300 организаций. Самые "старые" участники этого рынка - брокерские конторы, заключающие по поручению своих клиентов сделки купли-продажи ценных бумаг на биржах. С 1996 года в законодательстве появилось такое понятие, как "номинальное держание", что позволило брокерам учитывать у себя на счетах все ценные бумаги, которыми торгуют их клиенты. Это служит гарантией того, что, когда клиент отдает приказ продать какие-то бумаги, брокер знает, что эти бумаги у клиента действительно есть, риск "торговли воздухом" сводится к нулю.

Другой тип - так называемые кастодиальные депозитарии. Они, как правило, оказывают только услуги по хранению активов - и ценных бумаг, и денежных средств. Этим бизнесом занимаются в основном банки, причем на российском рынке доминируют иностранные глобальные кастоди - Ситибанк, ING-банк, ABN AMRO, Дойчебанк, UBS Warburg, J.P.Morgan Chase. Они обслуживают сделки, которые заключаются с российскими бумагами вне России - в Лондоне, Франкфурте, Нью-Йорке и т. д. Кастоди зарабатывает деньги, во-первых, на хранении ценных бумаг, которое ежегодно обходится клиентам примерно в 0,3-0,5% стоимости активов, а во-вторых, на проведении расчетов по сделкам, которые их клиенты заключают в России.

Типичный тариф за обслуживание одной сделки (подготовка документов, договор купли-продажи, передаточное поручение в реестр и т. д.) составляет 100 долларов. "Кастодиальные депозитарии - это чаще всего банки, имеющие иностранный капитал, - говорит начальник управления обеспечения профессиональной деятельности НАУФОР Татьяна Гусева. - Там вообще сложилась своя депозитарная система. У них своеобразный подход к депозитарному учету, и они нечасто допускают туда проверяющие организации".

Еще один класс депозитариев - это так называемые расчетные депозитарии. Они в основном предоставляют услуги профессиональным участникам фондового рынка - брокерам и кастоди. Суть их работы заключается в переоформлении ценных бумаг со счета продавца на счет покупателя. В России крупнейшими расчетными депозитариями сегодня являются два - Депозитарно-клиринговая компания (ДКК), обслуживающая сделки в Российской торговой системе (РТС) и Национальный депозитарный центр, работающий с ММВБ.

Самым многочисленным классом участников депозитарного бизнеса являются банки - по данным ПАРТАД, около 1000 российских банков сегодня имеют лицензии на депозитарную деятельность. Есть даже отдельный сегмент депозитарного бизнеса - межбанковские депозитарные операции, когда банки хранят ценные бумаги, принадлежащие другим банкам. "Депозитарные расчеты в любом банке строятся примерно так же, как денежные расчеты посредством корсчетов: есть клиенты, которые держат у меня бумаги, и есть внешние депозитарии, где я держу свои бумаги, - рассказывает старший вице-президент БИН-банка Олег Харитонов. - Аналогия с корсчетами распространяется и на риски: я не держу деньги в небольших российских банках, потому что эти банки не очень устойчивы. То же самое можно сказать и про депозитарное обслуживание: я не храню бумаги, вернее права собственности на них, в маленьких депозитариях небольших банков".

Казалось бы, если практически в каждом крупном банке есть свой депозитарий, то и все свои бумаги банк должен хранить у себя. Но в жизни все оказывается сложнее и интереснее. "Весь межбанковский депозитарный бизнес строится исключительно на удобстве расчетов и быстроте перехода прав собственности на бумаги, - говорит Олег Харитонов. - Выбор конкретного депозитария может быть связан со многими обстоятельствами - покупаю я бумаги на себя или для клиента, надолго или нет: может быть, у меня есть на них покупатель и надо, чтобы бумаги в этот же день перешли на кого-то еще в этом же депозитарии.

Кроме того, есть депозитарии, которые обслуживают конкретные площадки, скажем, валютные облигации - это ВТБ. Еще один момент. Если я держу, например, в депозитарии Росбанка какие-то бумаги, соответственно, я могу ему эти бумаги заложить, взять под них кредит и так далее. Если же я буду держать акции ЮКОСа в каком-нибудь тюменском депозитарии, то, наверное, он мне просто не сможет дать крупный кредит под залог этих бумаг. Поэтому я смотрю, кто дает такие кредиты, как дает, каковы условия по этим сделкам, и выбираю депозитарий из этих соображений тоже".

Беспокойное хозяйство

Разнообразие структур, оказывающих депозитарные услуги, стало в России не столько благом, сколько проблемой. "Реальность такова, что компании, имеющие депозитарную лицензию, как правило, осуществляют несколько видов деятельности - банковскую, брокерскую, дилерскую и вдобавок к ним депозитарную, - говорит Татьяна Гусева. - Обиднее всего, что при этом депозитарную деятельность не воспринимают как серьезную, которой нужно уделять достаточно внимания. Очень мало компаний понимают, что правильное оформление перехода права собственности - это одно из основных уcловий правильности заключения сделок, потому что любая сделка, по большому счету, может быть оспорена через суд, если переход права собственности осуществлен с нарушением правовых норм. К сожалению, если крупные компании уже пришли к пониманию того, что депозитарии - это вещь серьезная и переход права собственности все-таки нужно осуществлять так, как это положено по законодательству, то мелкие банки и брокерские компании на депозитарную деятельность смотрят как на подсобное хозяйство".

Такое пренебрежение зачастую приводит к серьезным неприятностям. Прежде всего это мошенничество. "Депозитарные расчеты имеют одно существенное отличие от денежных- в них участвуют не деньги, а записи о правах собственности, - говорит Олег Харитонов. - На моих счетах в депозитарии различаются бумаги мои собственные и бумаги моих клиентов. Я могу продать свои бумаги, но в клиентские бумаги без заявки клиента я залезть не могу. Любые действия с бумагами клиента можно проводить только по его поручению либо в результате мошенничества. Третьего пути нет. Мошенничество заключается в том, что, если у меня нет денег рассчитаться по своим долгам, я беру бумаги клиента и продаю. Но это неизбежно связано с подделкой поручения на продажу. Это значит, что я распорядился чужой собственностью - а это уже уголовное преступление. Риск такого мошенничества есть, этого никто не оспаривает".

Олег Харитонов знает, о чем говорит: в июле БИН-банк продал 22,3 тыс. привилегированных акций "Транснефти" на сумму около 600 млн рублей, а банк "Олимпийский", депозитарий которого хранил эти акции, так и не перевел бумаги на счет покупателя. "У нас есть бумаги, есть документы, подтверждающие собственность на эти бумаги, - рассказывает г-н Харитонов. - Мы потребовали перевести эти бумаги на счет покупателя, а нам сказали: "Их нету". Тут сразу прямая дорога в суд. И параллельно с нашим иском автоматически заведено уголовное дело по факту хищения. Я сам с такой ситуацией столкнулся впервые в жизни. Слышал, что такое возможно, но не представлял, что это может случиться с нашим банком".

Еще одна весьма распространенная российская проблема, связанная с депозитариями, - двойные реестры. Когда в той или иной компании начинается корпоративная война, как правило, возникает два параллельных совета директоров. Каждый из них выбирает своего регистратора и свой депозитарий. Соответственно, возникает "раздвоение реестров". Таких случаев, по словам специалистов, бывает по десятку в год.

Депозитарный "большой брат"

Эти проблемы уже который год служат поводом для разговоров о необходимости создания в России некоего супердепозитария, в котором будет сосредоточена вся информация обо всех сделках и правах собственности на ценные бумаги. "Попыток создать подобную организацию было уже очень много. В 1997 году даже вышел указ президента Ельцина о том, что в стране должен быть создан центральный депозитарий как некий фонд хранения информации без депозитарной лицензии: он должен в онлайновом режиме собирать от регистраторов и депозитариев всю информацию о том, что они делают, но при этом сам стать номинальным держателем он не может. "Указ пролоббировало тогда очень серьезное и важное ведомство ФАПСИ, которому почему-то казалось, что органы власти не обладают всей полнотой информации о том, что делается на рынке ценных бумаг, - стучим мало, - говорит руководитель одного из депозитариев. Слава богу, этот указ так и не был реализован".

Однако идея не умерла. "Мне кажется, что надо идти по пути создания центрального депозитария, - заявил глава ФСФР Олег Вьюгин в июле нынешнего года. - Я, во всяком случае, уже инициировал в ФСФР работу по поводу того, как можно на законодательном уровне поддержать такой путь".

Путей создания центрального депозитария, собственно говоря, всего два. Первый - объединить крупнейшие расчетные депозитарии ДКК и НДЦ и создать центральный депозитарий на этой базе. "В этом случае никаких дополнительных затрат профучастникам нести не придется, - говорит Татьяна Гусева. - И, наверное, процентов девяносто тех, кто пользуется услугами ДКК и НДЦ, будут за то, чтобы эти две организации объединились. Проблема в том, что ДКК - это некоммерческое партнерство частных компаний, а НДЦ де-факто является структурой, подконтрольной Центробанку. Участники ДКК могут решение об объединении принять, а НДЦ вряд ли захочет отказаться от влияния на объединенный депозитарий. Кроме того, ДКК открыт - в течение последних восьми лет аудит его финансовой отчетности проводили крупнейшие аудиторские фирмы. К НДЦ же есть масса вопросов по структуре собственности, прозрачности финансов, управлению - это закрытая организация. У НДЦ нет ни собственного программного обеспечения, ни "железа"- все это арендуется у ММВБ, вплоть до помещений. Если они, условно говоря, поссорятся, то НДЦ может остаться вообще без ничего".

НДЦ тоже не в восторге от перспективы объединения с ДКК. "Мы готовы разговаривать, мы готовы что-то предлагать, - говорит директор НДЦ Алексей Рыбников. - Понятно, что мы, обслуживая большую часть рынка и храня огромное количество бумаг, имеем свои цели и амбиции. И понятно, что у нас есть определенные условия, на которых мы будем разговаривать с другими. Если наши условия будут приняты нашими возможными партнерами - мы договоримся. У нас не самоцель с кем-то слиться, мы просто хотим, чтобы был создан центральный депозитарий".

Так что, похоже, все стороны склоняются ко второму пути - созданию центрального депозитария с нуля. В частности, по мнению главы ФСФР, создание центрального депозитария "возможно за счет формирования благоприятной законодательной среды, которая стимулировала бы инвестиции в этот проект". "Деньги для этого на рынке есть", - уверен Олег Вьюгин.

Однако специалисты не разделяют его уверенности. Во-первых, не очень понятны цели такого мероприятия. "Конечно, удобно, когда у тебя все бумаги хранятся в одном депозитарии и ты можешь торговать ими на любой площадке, - говорит президент Депозитарно-клиринговой компании Игорь Моряков. - Поэтому пять лет назад по инициативе основных брокеров, которые обслуживаются и в ДКК, и в НДЦ, между двумя депозитариями был установлен так называемый мост - мы открыли корреспондентские счета друг у друга. Клиенты, которые держат бумаги в ДКК, теперь могут перевести их внутри нашего депозитария на счет НДЦ и торговать ими на ММВБ. И наоборот". Так что формальное объединение двух депозитариев ничего клиентам не даст. "По большому счету, "мост" позволяет говорить о том, что НДЦ-ДКК - это уже единая система, - говорит Татьяна Гусева. - Хотя у них сохраняется своя специфика. У ДКК, наверное, более широкая связь с регионами. А НДЦ - монополист по работе с госбумагами, поэтому если хотите играть с госбумагами, то это надо делать через НДЦ, другого варианта у нас нет. Если играете и с госбумагами, и с акциями компаний, то лучше делать это тоже через НДЦ. А если хотите работать только с акциями частных компаний, безусловно, лучше открыть счет в ДКК".

Во-вторых, в сегодняшних условиях сама возможность создания некоего супердепозитария вызывает у специалистов большие сомнения. "Интересы у всех участников рынка разные: у расчетных депозитариев - одни, у обычных - другие, у кастоди - вообще третьи, - уверена Татьяна Гусева. - Они договориться между собой пока не могут, и создать на этой почве ЦД, по моему мнению, не получится. Потому что изначально создана ужасно громоздкая система, и для того, чтобы сейчас ее свернуть, должны быть приняты радикальные меры. Например, можно запретить всем брокерам заниматься депозитарной деятельностью или увеличить для депозитариев требования по размеру собственного капитала, чтобы большинство из них сами умерли. Тогда на рынке автоматически останутся только крупные депозитарии".







Финансовые новости
Финансовые новости


Финансовый арбитраж
Финансовый арбитраж


Финансовое консультирование
Финансовое консультирование


Доверительное управление
Доверительное управление